Маргарита, 28 лет

Экономическое насилие довольно часто случалось, потому что он работал, а я – нет

nos3

«Мое детство было счастливым. Я жила в полной семье с двумя братьями. Моя мама – очень специфический человек. Истеричка и неврастеничка, я бы сказала. С ней и в детстве трудно было, и сейчас нелегко. Папа у меня намного проще. Папа лучше образован и, наверное, как мужчина более сдержан. Мама у меня, к тому же, из сельской местности и воспитывалась в интернате. А папа – горожанин в первом поколении. Мне кажется, папа как-то интеллигентнее, а мама – пролетарского происхождения.

С матерью у меня не было никаких отношений. Я знала, что у меня есть мама. Но не было никакой эмоциональной привязанности. Даже в детстве я это чувствовала. Мне всегда казалось, что я папу больше люблю. И мне казалось, что он меня тоже больше любит, чем моего брата младшего. По факту — мама есть и ее полагается уважать.  Я никогда ей ничего не рассказывала о себе. Она и не спрашивала, в общем-то.

Отношения между родителями были разными. Я помню в детстве их ссоры, бурные выяснения отношений. У нас в семье вообще принято очень бурно выражать свою реакцию. На мой взгляд, у них неудачный брак. Физического насилия не было. Друг друга обижать, оскорблять, обзываться – это у нас в порядке вещей. Это у нас и сейчас есть.

В детстве я всегда боялась, что родители разведутся. Мне всегда хотелось стать на сторону папы и маме дать понять, что, если что – я уйду вместе с папой. Я чувствовала страх. Я всегда считала, что мама виновата, я даже мысли себе не допускала, что папа может быть где-то не прав. Мне казалось, если что-то не так, если они поссорились, если мама нас ругает, то это что-то она не так сделала. Папа в моих глазах был всегда абсолютно прав. Я всегда была на его стороне. Родители не предпринимали попыток разрешить свои проблемы как-то специально. Я не думаю, что родители вообще считали это проблемой. Они привыкли так жить. Они всегда, видимо, так общались, еще, мне кажется, до брака. Я не видела, чтобы они рассказывали кому-нибудь об этом.

Эти детские семейные впечатления повлияли на мое отношение к семье и браку. Я очень рано вышла замуж, причем я считала, что брак должен быть именно таким, как у моих родителей. Мама должна быть всегда недовольна и ругаться на папу. Папа должен всегда в стороне стоять и молчать по принципу – чтобы жена ни сказала, надо все сделать по-другому. У меня было какое-то извращенное отношение к браку и семье. Я скопировала полностью мамину модель поведения, включая и развод, потому что моя мама уже во втором браке за моим отцом.

Я – педагог, преподаватель университета. У меня отличные, можно сказать прекрасные отношения с коллегами. Это уже не первый коллектив, в котором я работаю. Но у меня всегда хорошие отношения с коллегами, особенно с мужчинами. Хотя и с женщинами тоже, но с женщинами отношения нейтральные, а с мужчинами – чуть ли не приятельские. Мне коллеги-мужчины очень доверяют, рассказывают мне какие-то свои секреты, тайны. Мне даже иногда неловко становится. И с начальниками тоже хорошие. Начальников у меня было несколько. С бывшей начальницей-женщиной были немного натянутые отношения, хотя я это не на свой счет отношу. Это просто особенности ее характера. А с начальниками-мужчинами – вообще прекрасные отношения, чуть ли не отеческие, добрые.

Я считаю себя успешной. Я закончила учебу и сразу же пошла работать по специальности. Я считаю, что это большой успех. Сам процесс внедрения в профессию тоже прошел безболезненно. Я очень быстро привыкла к специфике работы педагога – уметь со многими людьми общаться, уметь ораторствовать. Хотя мне профессия начала немного наскучивать. Может, не сама профессия, а организация деятельности педагога.

В настоящее время я не замужем. Я не могу сказать, что я не хочу замуж. Но какая-то боязнь, наверное, присутствует. Я была уже замужем. Я рано вышла замуж и рано развелась. В 18 лет вышла, а 23 была уже в разводе. Лично мое мнение такое – я очень требовательна стала к мужчинам. Я себе ищу едва ли не самого идеального. Хотя прекрасно понимаю, что бывают мужчины разные. А может, я думаю, что у меня дочка еще не выросла, и я не хочу, чтобы какой-то мужчина приходил в нашу с ней семью и что-то менял.

Сейчас моему бывшему мужу 34 года, когда мы поженились, ему было 23, а когда развелись — 28. У него среднее образование, белорус. Сейчас он бизнесом занимается, он всегда бизнесом занимался – разными видами. Он никогда не был наемным работником, всегда работал на себя. Он категорически не употреблял спиртного, даже не курил. И очень этим гордился.

У меня с мужем были случаи насилия. Причем разного насилия – эмоционального. Хотя изначально – нет. Мне вообще казалась, что это не насилие. А теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что это насилие. Был один случай физического насилия, он мне очень хорошо запомнился. А также финансовое насилие. Однажды мы с ним подрались. Экономическое насилие довольно часто случалось, потому что он работал, а я – нет.  Денег он обычно очень жалел на меня и на ребенка. А вот один  раз мы с ним подрались. Вот это случай физического насилия, причем довольно серьезный. Я помню до сих пор, хотя это давно было. Там я получила травму ноги и даже на больничном была какое-то время. И еще я написала на него заявление в милицию. Но потом побоялась его сажать в тюрьму. Я не забирала заявление, но я так поняла, что у него была какая-то договоренность со следователем, который вел дело. Потому что следователь как-то давил на меня. Говорил: «Подумайте, это же отец вашего ребенка». Это дело закрыли.

Мы к тому времени уже не жили вместе с мужем, готовились к разводу. Я не помню даже причину драки, мы очень часто друг друга оскорбляли и, наверное, наша словесная перепалка переросла в драку. Я ничуть не меньше размахивала кулаками и даже хотела его бутылкой по голове ударить. Но я просто слабее его физически. Я больше получила. Хотя я не могу сказать, что, если бы я была сильнее, я его не избила бы, так же как и он меня. Злости у меня было очень много.

Он так поступал до меня, и будет так поступать и дальше. Просто у него такое отношение к женщинам. Тем более, когда мы были вместе, он был единственный кормилец в семье. И он считал, что это ему дает право осуществлять по меньшей мере финансовое насилие. Он считал, что принуждение к занятию сексом – это право мужчины. Он считал, что если он  хочет, то жена не должна отказывать, потому что он тогда будет искать этого на стороне. Насчет драки – просто хотелось тогда выплеснуть все негативные эмоции,  поколотить друг друга.

Физическое насилие произошло только один раз. Эмоциональное бывало часто, особенно, когда дело было близко к разводу. Мы часто ссорились, ругались, выясняли отношения. Сексуальное – также довольно часто. Я тогда не считала это насилием. Я считала, что это со мной что-то не в порядке, что я не хочу заниматься с ним любовью. И так не должно быть. А вот финансовое – постоянно. Буквально с первого дня нашей совместной жизни. Я не работала ни дня, когда мы с ним поженились. Я была в декрете. Хотя я тоже не считала это насилием. Просто он мало зарабатывает, и это его оправдывает. Теперь я так уже не думаю. Я считаю, что если человек завел семью, он должен прикладывать какие-то усилия.

Я много плакала. Я, наверное, столько выплакала за эти годы, что до конца жизни теперь плакать не буду. Обидно было, жалко себя, дочку. Думала, почему это со мной случилось. Что я не так делаю, почему у меня такой муж, а у всех нормальные. А он говорил мне: «Ты же все равно никуда не денешься».

Я не задумывалась об этом тогда. Что касается случая драки, я себе это объясняла так: я его спровоцировала, он не сдержался. Сейчас я думаю по-другому. Мне кажется, я не провоцировала, просто сложилась определенная ситуация, когда накопившееся раздражение приняло такую форму. Мне тогда хотелось все побыстрее забыть и с этим человеком вообще больше не встречаться.

Я думаю, что всегда виноваты два человека. Наверное, где-то сыграл свою роль его неудачный опыт первого брака. Наверное, где-то мое такое отношение к семье, несколько однобокое. Может быть, отсутствие воспитания семейного. Может быть, характеры.  У нас была очень сложная финансовая ситуация, когда мы поженились. Мы поженились вот так спонтанно – я забеременела. И, скорее всего – отсутствие любви. Поженились с бухты барахты, с бухты барахты прожили 4 года и также развелись.

Мне всегда казалось, что единственный выход – это уйти от него, что я и сделала с течением времени. И я проявляла к нему эмоциональное насилие, потому что ударить не могла, боялась, что получу в ответ. Я была довольно стервозная и не жалела слов, чтобы его как-то обидеть. В итоге это стало причиной развода. Мне хотелось как-то эту ситуацию прекратить. Я ее прекратила. Какое-то время после развода я всем вслух говорила, что ноги моей не будет замужем, что все мужчины – сволочи и т. д. Но потом я стала общаться с другими мужчинами и поняла, что я и не знала никаких других мужчин до него. Он был моим первым серьезным ухажером. Какое-то время я была жутко озлоблена на весь свет и не стеснялась об этом говорить. Но я стала как-то намного сдержаннее и проще, и считаю, что мужчины хорошие есть, надо только поискать.

У меня перед дождем болит эта самая нога. Но меня это сделало сильнее. Я склонна думать, что испытания – это только на пользу.

Я думаю, что женщина должна уважать себя, в любом абсолютно качестве – беременную, нездоровую. В принципе, любой человек должен относиться к себе с уважением изначально. Но что можно посоветовать женщине, когда семья есть и есть насилие, причем она зависима от мужа финансово. Советов много можно, конечно, дать. Но насколько реально это все сделать. Я для себя не нашла другого способа, как уйти. Поэтому мне до сих пор кажется, что самый действенный способ отношения прекратить. Не могу себе представить, что на человека, с которым случился у вас конфликт, можно написать заявление в милицию, посадить его, а когда он оттуда вернется, продолжать жить с ним даль. Или, скажем, чтоб он заплатил штраф, и продолжать с ним жить дальше. Я не представляю, чтобы я это сделала. Для меня лучше полный разрыв отношений. Но я не могу советовать это другим женщинам. Это очень трудно. И мне кажется, что это не самый эффективный способ для других».


 Комментарии психолога

Фраза «У меня было счастливое детство», произносимая женщинами, пережившими или переживающими домашнее насилие, для меня символ того, как страшно бывает понять роль родительской семьи в проблемах взрослой жизни.  Фраза, обычно произносится автоматически. Как будто «ну какое я имею право говорить о том, что мне было плохо, если я росла в полной семье….» И, тем не менее, после произнесения этой «обязательной фразы», становится как-то легче говорить о том, чтобы было на самом деле. Часто это просто факты, которые не оцениваются как плохо или хорошо, скорее «так было». А вот счастливое детство – это оценка, счастливое – значит, хорошее….

В рассказе Маргариты есть очень интересная деталь: в  детстве она была на стороне отца, осуждала мать и боялась ее,  а когда выросла, то своим поведением повторила мать. Почему? Ответы могут быть разные. Я склонна думать, что муж, которого она выбрала, был как раз похож не на ее отца, а на мать и тогда Маргарита подсознательно воспользовалась  оружием матери, теми чертам ее поведения, которые были для нее самой яркие, запоминающиеся. Или в детстве такое поведение мамы казались символом власти, возможностей.

Может быть, то, что муж Маргариты был не похож на ее отца, отчасти примирило ее отношение к матери в какой-то момент, как будто муж сам провоцировал ее на агрессию.

Я согласна с героиней в том, что женщина должна уважать себя в любом качестве. Важно, что, находясь в ситуации насилия и пережив такое детство, Маргарита  смогла это понять и смогла прекратить эту ситуацию. Т.е взять свою жизнь в свои руки. И не разочароваться после брака во всех мужчинах, а проанализировать, что они разные и она действительно их не знает. И тогда она дает себе еще один шанс выстроить новые отношения и создать семью, где насилию не будет места.